Громкий скандал вокруг «Сенс Банка»: Пышный сделал резкое заявление о Веселом

Ситуация вокруг государственного «Сенс Банка» продолжает набирать обороты. После громких заявлений, прозвучавших во время заседания временной следственной комиссии Верховной Рады, в центре внимания оказался глава Национального банка Украины Андрей Пышный. Ему фактически приписали возможное влияние на появление в структуре банка Василия Веселого — человека, который фигурирует в ряде расследований.

Пышный решил публично ответить на эти обвинения. Он категорически заявил, что не рекомендовал Веселого на какую-либо должность в «Сенс Банке» и не пытался влиять на членов его наблюдательного совета. При этом глава НБУ подтвердил, что лично знаком с Веселым. Именно этот факт, очевидно, стал одной из составляющих дискуссии во время парламентского рассмотрения.

В своем заявлении Пышный подчеркнул, что во время заседания ТСК прозвучали утверждения и трактовки, которые непосредственно касаются его деятельности. По его мнению, подобные заявления должны проверяться не кулуарно, а в рамках открытого и предметного рассмотрения.

Глава Нацбанка обратился к комиссии с требованием провести отдельное заседание, пригласив всех людей, чьи имена прозвучали во время слушаний. Сам Пышный заявил о готовности лично прийти, ответить на вопросы депутатов и предоставить объяснения в пределах своих полномочий.

Особенно важным в этой истории является вопрос кадрового влияния. По словам Пышного, он не рекомендовал Василия Веселого для работы советником наблюдательного совета «Сенс Банка», не представлял его членам совета и не давал никаких распоряжений относительно кадровых решений. Также он отверг любые попытки давления на председателя или других членов наблюдательного совета.

Таким образом, Пышный пытается четко разделить два понятия — личное знакомство и служебное влияние. Первое он признает, второе категорически отрицает.

Именно это обстоятельство делает ситуацию особенно чувствительной. В случае государственного банка любые предположения о неформальном влиянии на руководство или наблюдательные органы автоматически приобретают гораздо больший вес. Ведь речь идет не только о репутации отдельных чиновников, но и о доверии к учреждению, которое работает с государственными активами и находится под пристальным вниманием общества.

Во время заседания ТСК бывший председатель наблюдательного совета «Сенс Банка» Шевки Аджунер заявил, что Василия Веселого якобы назначили в банк по совету Андрея Пышного. Эта тезис стала одним из самых резонансных моментов слушаний и фактически спровоцировала публичную реакцию главы НБУ.

Дополнительную информационную напряженность создает тот факт, что Аджунер ранее возглавлял наблюдательный совет Ощадбанка в период, когда Пышный руководил этим учреждением. По данным собеседников «Экономической правды» в политических кругах, Пышный и Веселый могли познакомиться через бывшего народного депутата Андрея Иванчука. Однако само по себе знакомство еще не является доказательством какого-либо влияния на кадровые решения.

Тем временем история «Сенс Банка» развивается на фоне значительно более масштабного антикоррупционного сюжета. В августе НАБУ и САП обнародовали материалы расследования «Форест Гамп», в которых шла речь о деятельности преступной группы и механизмах легализации средств. По версии следствия, государственное банковское учреждение использовалось в операциях, связанных с внесением залога за бывшего министра энергетики и юстиции Германа Галущенко.

Уже на следующий день антикоррупционные органы представили вторую часть расследования — «Фемида». На этот раз речь шла о предполагаемых схемах, связанных с рейдерским захватом недвижимости и предприятий в столице.

Параллельно обострилась ситуация вокруг руководства самого банка. Прокурор Специализированной антикоррупционной прокуратуры попросил суд взять председателя правления «Сенс Банка» Алексея Ступака под стражу с возможностью внесения залога в размере 150 миллионов гривен.

А уже 2 сентября Национальный банк сообщил, что Ступак не соответствует квалификационным требованиям относительно профессиональной пригодности. Владельцу «Сенс Банка» регулятор направил требование о его замене.

На этом фоне вопрос о том, кто и каким образом принимал кадровые решения в банке, становится далеко не второстепенным. Он превращается в часть более широкой дискуссии о корпоративном управлении, независимости наблюдательных советов и реальном уровне контроля над государственными финансовыми учреждениями.

Теперь ключевое слово остается за парламентской комиссией. Если ТСК действительно проведет открытое заседание с участием всех упомянутых лиц, общество получит возможность услышать разные версии непосредственно от участников конфликта. Именно такая процедура могла бы отделить подтвержденные факты от политических оценок, предположений и взаимных обвинений.

Публичное заявление Пышного фактически переводит историю в новую фазу: теперь он не только опровергает обвинения, но и требует проверить их в открытом формате. И чем больше деталей будет появляться вокруг «Сенс Банка», тем важнее будет вопрос, смогут ли все стороны предоставить убедительные доказательства своих позиций.